— Вот нам и отдайте, — попросил белобрысый. — Вы, наверное, очень хорошо придумали. А самому вам зачем? Вам не все равно, что инспектор? Вы же не были в гимназии.

— Еще как был! — Василий просвистел протяжно. — И еще как зубрил! И закон божий, и греческий, и латынь…

— Предлоги с винительным? — взвизгнул тоненьким голоском кто-то из заднего ряда.

И Василий тотчас же отозвался:

Ante, apud, ad, adversus,

Circum, circa, citra, cis,

Erga, contra, inter, extra.

Infra, intra, juxta, ob…

Он перевел дух. Гимназисты слушали в немом восторге.

Penes, pons, post, praeter,

Prope, propter, per, secundum…

Вагон гудел, слов не было слышно. Ну ясно же, свой! По грамматике Ходобая, латинской, так и чешет…

Хлопнула дверь в коридоре с площадки. И голос, начальственный и гулкий:

— Ваш-ши билеты.

— Контроль!

Мальчики стали шарить по карманам: железнодорожный билет — это ж такая штука… обязательно куда-нибудь засунется. И уж если где-нибудь есть прореха в кармане — провалится обязательно. А начальственный голос, контролерский, уже в соседнем купе:

— Ваш-ши билеты, господа.

Василий поманил таинственно пальцем рыжего. Мальчик нагнулся к нему. Василий зашептал:

— Слушай, Соколиный Глаз… Если ты пройдешь влево от нашей пещеры, по просеке, ты найдешь логово бледнолицей собаки… Но сможешь ли ты подойти, чтобы он не заметил?

— Когда команчи выходят на тропинку войны, — быстро и гордо сказал мальчик и выпрямился, — презренный враг видит их в ту только минуту, когда томагавк дробит ему череп.

— Иди, — кивнул Василий, — И, когда будет проверка, проследи, до какой станции у него билет.

Рыжий втянул голову в плечи и выскользнул из купе. Контролер, в форменной железнодорожной фуражке и штатском холодном, потертом пальто, уже щелкал щипцами на пороге, пробивая картонные билеты: