– Тогда не давайте им больше еды. Пусть и факел погаснет!

Кессил почтительно поклонилась.

– Что делать с трупами, когда узники умрут?

– Дуби и Уато похоронят их в той пещере…

Подземелье-Под-Гробницами, – ответила девушка, и с каждым словом голос ее становился все торопливее и пронзительнее. – Они должны сделать это в темноте. Безымянные съедят трупы.

– Будет исполнено, Госпожа!

– Кессил, я правильно поступила?

– Правильно, Госпожа!

– Тогда пойдем, – из последних сил крикнула Арха. Она повернулась и быстро пошла к деревянной двери, прочь из Комнаты цепей, в благословенную тьму подземелья. Чернота за дверью показалась ей сладкой и мирной, как беззвездная ночь, тихой, без света, без жизни. Она окунулась в прозрачную тьму и заскользила по ней, как пловец по спокойной воде. Кессил отстала и только вдалеке были слышны ее топот и сопение. Без малейшей запинки Арха повторила пройденный путь, со всеми его пропусками и поворотами, пересекла заполненное эхом Подземелье-Под-Гробницами, пригнулась, и почти пробежала по последнему туннелю до закрытой каменной двери. Остановившись перед ней, Арха нащупала длинный железный ключ на кольце, но не смогла найти замочную скважину. Ни единого лучика света не пробивалось сквозь непроницаемую стену перед ней. Пальцы ее лихорадочно искали замок, засов, ручку, и не находили. Куда вставлять ключ? Как выбраться отсюда?

– Госпожа!

Усиленный эхом голос Кессил загремел за спиной девушки. – Госпожа, эта дверь не открывается изнутри! Здесь нет выхода.

Не в силах выговорить ни слова, Арха привалилась к стене.

– Арха!

– Я здесь.

– Сюда!

Карабкаясь по проходу на четвереньках, словно собака, Арха добралась до юбок Кессил.

– Направо, быстрее! Мне нельзя задерживаться под землей!

Следуй за мной.

Арха вскочила, уцепилась за рукав Кессил и жрицы быстро направились направо, вдоль странно украшенной стены Пещеры. Вот они вошли в черный проем в черноте, потом побежали вверх, по коридору и лестницам. Арха не отпускала одежды Кессил, глаза ее были плотно закрыты.