Что касается "Кемберленда", то тут ничего не поделаешь. "Улисс" - единственный корабль флота метрополии, оснащенный для сопровождения авианосцев. Осушив стакан, Николае задумчиво посмотрел на Брукса. - Временами, сэр, я даже симпатизирую немцам. - Вы с Джонсоном одного доля ягоды, - заметил Брукс. - Узнай адмирал Старр, что вы собой представляете, он бы на вас обоих надел наручники за враждебную пропаганду, а потом... Вы только посмотрите! - подался вперед Брукс. - Взгляните на старого "Герцога", Джонни! С сигнального мостика поднимаются целые ярды простыней, а матросики бегут-бегут, как ни странно, - прямо на бак. Налицо все признаки активности. Ну и чудеса, черт побери. Что вы на это скажете, Николлс? - Наверное, к увольнению на берег готовятся, - проворчал Николлс. - Что еще могло всполошить этих бездельников? И кто мы такие, чтобы завидовать им, чьи ратные труды оценены по достоинству? После столь долгой, ревностной и опасной службы в арктических водах... Последние слова Николлса заглушил пронзительный звук горна. Оба офицера машинально посмотрели на динамик, в котором что-то потрескивало и гудело, затем изумленно переглянулись. В следующее мгновение оба были на ногах: к настойчивому, леденящему кровь призыву горна - сигналу боевой тревоги невозможно привыкнуть. - Боже правый! - простонал Брукс. - Не может этого быть! Неужели опять? Здесь, в Скапа-Флоу! "Боже мой! Неужели опять! Неужели здесь, в Скапа-Флоу!" Эти слова были у всех на устах, в умах и сердцах семисот двадцати семи измученных, постоянно недосыпающих, озлобленных моряков в тот хмурый зимний вечер на рейде Скапа-Флоу. Ни о чем ином они и не могли думать, заслышав повелительный окрик горна, от которого тотчас замерла работа в машинных отделениях и кочегарках, на лихтерах, откуда шла погрузка боеприпасов, на нефтеналивных баржах, в камбузах и служебных помещениях.