Бандит цинично рассмеялся. Его глаза сузились, и он начал пятиться к выходу. У Кейна непроизвольно напряглись мышцы, он приготовился к прыжку, словно зверь, но рука Гастона держала цель на мушке твердо.

— Предпочитаю не играть в азартные игры со смертью, — объяснил Гастон. — Стойте на месте, мсье. Мне доводилось видеть, как убийцы тоже становятся мертвецами. И я желал бы, чтобы расстояние между нами не позволило произойти чему-нибудь подобному. Я предвижу, что в момент выстрела вы страшно заорете и броситесь вперед. Но будете мертвы, прежде чем дотянетесь своими руками до моей шеи. И у хозяина в потайной каморке окажется одним скелетом больше. Правда, мне, возможно, придется позаботиться и о самом хозяине. Мы не знакомы, но…

Француз был уже у двери. Свеча, которую оставили в стенной нише, роняла мерцающий свет, и его на всю комнату не хватало. Внезапно во мраке за спиной Гастона мелькнуло что-то неопределенное, как будто блеснула сталь. Француз упал на колени, словно под топором мясника. Его мозги потекли из расколотого черепа. И как герой ужасного спектакля, из мрака выступил хозяин с окровавленным резаком.

— Ха! Ха! Ха! — проревел он. — Назад!

Ринувшийся на Гастона, когда тот падал, Кейн снова

натолкнулся на пистолет, и отступил. Кейна остановило не столько оружие, сжимаемое левой рукой хозяина, сколько безумие в его красных глазах.

Англичанин почувствовал, что лесной житель представляет большую опасность, чем француз. Хозяин постоялого двора скорее напоминал огромного хищника, нежели человека, и раскачивался он вперед-назад совсем по-звериному. На лице застыла угрюмая ухмылка.

— Гастон-Мясник? — гаркнул он, пнув труп ногой. — Ха! Ха! Моему славному дружку не придется больше разбойничать; я прослышал о глупце, бродящем по черному лесу… Он искал золото, а нашел смерть! А сейчас твое золото станет моим, но не в золоте дело… Месть!!!

Ты не замышлял против меня злого. Посмотри на мои запястья. Видишь следы кандалов! Такие же на щиколотках! А на спине глубокие борозды. Это поцелуи кнута! Не менее глубокие раны оставили в мозгу годы, проведенные в холодном подземелье. Я отбывал наказание за преступление, которого не совершал! — слова неожиданно сменились неестественно громким рыданием.