– Она, – и со вздохом добавил: – Красивая ведь.

– Красивая, говоришь? – усмехнулся в седые усы Кондзеровский. И согласился. – Хотя… красивая. Шалишь, брат! Ладно. К утру обернешься?

Нашелся корнет не сразу. Он просто не ожидал, что все решается настолько просто.

– Обернусь, Киприан Тимофеевич, – наконец смог выдохнуть он. – Обязательно обернусь.

– Тогда скачи. А ты, Шуханов, чтобы доглядел тут за всем. Потом лично проверю. Ежели что…

– Спасибо, Киприан Тимофеевич, – еще раз сказал Орлов.

Кондзеровский лишь понимающе подмигнул. Мол, сам был помоложе и тоже пленялся смазливеньким личиком.

Сборы были недолгими. Не прошло и четверти часа, как корнет в сопровождении Аполинария выехал на ведущую к городу дорогу.

Чуть по сторонам уже начинало подсыхать, но сам путь был разбит копытами коней и колесами повозок так, что превратился в грязную полосу. Ни о какой быстрой скачке не могло быть речи. Кони бы просто выдохлись и превратились в усталых кляч задолго до Инстербурга. Потому ехать пришлось рысью и только по обочине. Неудобно объявиться перед красоткой в заляпанных грязью чикчирах.

– Вы бы поели хотя бы, Ляксандр Ляксандрович, – бубнил сзади Аполинарий, бывший дворовый человек, взятый Орловым в денщики.

От природы крупноватый, он раздался еще больше. Как только выдерживал бесконечные конные переходы – и не понять. Но роптал редко, разве что иногда пытался сделать барину замечание. То поздно ложится спать, то забывает вовремя поесть. А разве так можно? Что с того, что молод? Молодость когда-нибудь закончится. И к этому лучше привыкать заранее. Вот он, Аполинарий, привык, несмотря на то что старше барина всего-то на три года. Зато любой скажет – вот серьезный человек. Не вертопрах какой, прости Господи!

Но до еды ли, когда душа рвется к заветной встрече?

– Да сколько можно?! – не выдержал наконец Орлов. – В городе пообедаем.

– До города добраться надо, – резонно отозвался денщик. – А на полный желудок даже дорога веселее.