— Священники сельских приходов, к вашему прискорбию, вы предали Иерархию. Как видно из ваших сообщений, вы с начала волнений в вашей области — или назовем это испытаниями, — не сделали ничего и лишь взывали о помощи. А посему было предложено подвергнуть вас бичеванию, и я склонен согласиться с этим предложением. Впрочем, боюсь, вам и этого не выдержать — слишком мало у вас сил.

Иерархия охватывает земной шар, как пясть. И да ляжет на вас вечный позор того, что вы пытались ослабить пусть даже кончик ее перста. Я специально говорю «пытались», ибо мы следим за вами гораздо пристальнее, чем вы думаете, и готовы к неудаче малейшего из вас.

Ваше дело — не обмануть наше доверие!

Возвращайтесь в свои Святилища.

Делайте то, что должны были делать давным-давно.

Призовите все свое мужество и находчивость.

Страх — это оружие, которым должны пользоваться вы, и не позволяйте обращать это оружие против себя.

Вы обучены тому, как с ним управляться.

Используйте его!

Что до Сатаны, признаваемого вами, Властелина Зла, Черного Двойника Великого Бога, — он бросил насмешливый взгляд на Серсиваля, проверяя, как старый Фанатик отнесется к его словам, — изгоните его из своих городов, если это необходимо. Но никогда больше не опускайтесь так низко, чтобы верить в него!

И тут, когда вдохновленные речью Гонифация священники уже пылали страстью реабилитироваться, раздался смех. Стены Палаты Советов были звуконепроницаемы и достаточно толсты, и тем не менее, его жуткие зловещие раскаты были отчетливо слышны, словно кто-то насмехался над Иерархией, над любым лицом, осмелившимся утверждать, что действительно, а что нет.

Сельские священники сгрудились с кучу. Архиереи с большим или меньшим успехом пытались за надменностью собственных лиц скрыть испуг, догадки и судорожные размышления над тем, чем может быть чреват этот смех. Фреджерис смотрел на Гонифация. Старый Серсиваль трепетал от смешанного чувства страха и странного удовлетворения.