– Так, досадная мелочь. Случается, – тем не менее, ответила она как ни в чем не бывало.

Дамир улыбнулся ей, и Лизелла тут же послала подальше все разумные соображения.

– Вы не против обойтись без излишних церемоний? – поинтересовался он, – Ресс – дитя степи, и совершенно не подходит на роль стюарда. И уж тем более на защитника вашей чести от моей персоны.

Он смеялся, и девушка, не подумавши, легкомысленно выдала в ответ первое, что попало на язык:

– Не против. Да мне совсем и не хочется защищаться от вас…

Черная бровь медленно выразительно поползла вверх, и Лизелла спохватилась, что именно сказала, зажав себе рот ладонью. Дамир от души пожалел, что в этот момент не может видеть сконфуженного личика волшебницы.

– Даже не знаю, можно ли считать это комплементом!

Ну, конечно, разве он мог упустить такой случай ее подразнить, обреченно признала Лизелла, и попыталась перевести разговор на менее скользкий путь.

– О! я… я не знаю, что на меня нашло! Я имела в виду, что не предполагаю вас, способным причинить моей чести вред…

Ох, опять двусмысленно, но уже не так лестно! Что ты вообще несешь?!

– Я не считаю вас…

Дамир уже смеялся.

– Я понял, и польщен вашим доверием, – он даже слегка поклонился, – Если желаете, можете позвать кого-нибудь из своих слуг.

– Думаю, мы справимся, – смирилась Лизелла со своим падением.

В целом, ужин проходил на той же ноте приятного флирта, какой окончилась прогулка. Лизелла с удивлением обнаружила, что уже травит ему байки из школьной жизни, высмеивает директрису, змеюку подколодную, и даже призналась в своем единственном и самом крупном недостатке: она неисправимая соня. Синие глаза смотрели прямо на нее, и ей казалось, что они видят все и даже больше.