— Я не детектив, Констанция.
— А не ты ли, помнится, чуть не потоп в канале с этим психом Чужаком?
— Ну…
— А не тебя ли я видела в соборе Нотр-Дам на студии «Феникс» с Горбуном? Помоги мамочке, пожалуйста.
— Подумаю утром. Не на сонную голову.
— Эта ночь не для сна. Приласкай лучше эту старую развалину. А теперь…
Она встала, держа в руках две Книги мертвых, пересекла комнату, распахнула дверь в черную хлябь, где прибой размывал берег, и нацелилась.
— Погоди! — выкрикнул я. — Если я возьмусь помочь, мне они понадобятся!
— Молодчина. — Она закрыла дверь. — Постель и ласки? Но без механического монтажа.
— И в мыслях не было, Констанция.
ГЛАВА 3
Без четверти три, среди грозовой ночи, у самого бунгало с жутким сверканием воткнулась в землю молния. Разразился гром. Мыши в стенах подохли с испугу.
Раттиган подскочила в постели.
— Спаси меня! — завопила она.
— Констанция! — Я вгляделся в тьму. — Бога ради, ты к кому обращаешься? К себе или ко мне?
— К любому, кто слушает!
— Мы все слушаем.
Она лежала в моих объятиях. В три пополуночи, в час, когда умирают все, кому нужно умереть, зазвонил телефон. Я поднял трубку.
— Кто это с тобой в постели? — Мэгги говорила из местности, где в помине не было ни дождя, ни грома с молнией.
Я поискал глазами загорелое лицо Констанции, белый череп, прикрытый летней плотью.
— Никого, — ответил я. И почти не соврал.
ГЛАВА 4
Утром, в шесть, где-то там занялся рассвет, но его было не видно из-за дождя. Молнии все еще сверкали, фотографируя прибой, захлестывавший берег.
Небо прорезала невероятно мощная молния, и я понял, что, пошарив по другому краю кровати, никого там не найду.
— Констанция!