- Помилуйте, святой отец! У вас нет ни пищи, ни снаряжения, ни оружия! У меня же есть револьвер, с которым я никогда не расстаюсь, а у Томпсона - карабин. Но это мы берем с собой. А если на вас нападет хищник? Зверь или человек? Вы хотите обречь ее, - он кивнул в сторону Мэри, - на гибель? Эту милую девушку?

«А ведь он вовсе не считает сестру Мэри милой девушкой, - подумал отец Игнасио. - Она для него - пустое место. Никто. Этот комплимент - для меня».

- Нам нельзя разделяться, святой отец! Это опасно. Подумайте, вы ведь, - он безжалостно поглядел на отца Игнасио холодными серыми глазами, - старик. Да еще больны лихорадкой, так ведь? Что будет с сестрой, если вы сляжете где-нибудь в лесу - в жару, в бреду? Кстати, а ты как себя чувствуешь, дорогая?

- Все в порядке, Ричард, - леди Аттертон улыбнулась в ответ бледными губами. - Здесь просто немножко сыро, вот и все.

- Надо развести костер, - сказал Томпсон и встал.

- Я помогу, - молодой человек, в свою очередь, торопливо поднялся. Он был в рубахе (Мэри зашила ее у ворота грубыми неловкими стежками), но по-прежнему кутался в побуревшее, в разводах сажи, одеяло.

Он встал и направился к пожарищу, где еще дымились и шипели уголья.

- Услужливый молодой человек, - заметил Ричард Аттертон. - Несмотря на… то, что прилагается к нему в дополнение, он кажется вполне достойным спутником.

- Он присоединится к нам с Мэри, - сказал отец Игнасио.

- Нет, друг мой, я просто не могу отпустить вас. Ни его. Ни вас.

- Послушайте, - отец Игнасио наклонился вперед, умоляюще стиснув ладони, - вернемся назад. Помогите нам. Мне, сестре Мэри. Во имя… - он сглотнул и продолжал уже тверже, - во имя Господа помогите. Кому вы поверили? Демону? Твари? И готовы пойти по ее слову и повести на гибель свою жену? Никакого города нет, иначе я бы слышал о нем.