Стрендж действительно встал и подошел к окну,

– Генри, мне очень нравится твоя церковь, – обратился он к хозяину, – Эта низкая стена, что окружает и сжимает строения и деревья. Похоже на корабль. Кажется, что налетит сильный порыв ветра, и церковь вместе с деревьями поднимется в воздух и перелетит куда-нибудь в другое место. Стрендж, – ответил Генри Вудхоуп, – ты как всегда говоришь глупости.

– Не обращай внимания, Генри, – сказала Арабелла Стрендж. – Он мыслит, как волшебник, а они все немного со странностями.

– За исключением Норрела, – заметил Стрендж.

– Стрендж, прошу тебя как друга, забудь ты о магии хотя бы на время! У нас тут очень спокойное место.

– Дорогой мой Генри, – отвечал Стрендж, – я не уличный предсказатель в будке с желтой занавеской, и не собираюсь торговать заклинаниями на церковном дворе. Сегодня адмиралы, контр-адмиралы и министры Его Величества шлют мне учтивые письма, прося оказать услуги, и (что еще важнее) щедро их оплачивают. Сомневаюсь, что я по карману жителям Прощай-Милости.

– Что это за комната? – спросил капитан Уинбрайт.

– Спальня старого мистера Эндервилда, сэр, – ответила мисс Тобиас.

– Волшебника?

– Волшебника.

– А где он запрятал свои сокровища, мисс Тобиас? Вы прожили в доме достаточно долго, чтобы все здесь перерыть. Наверняка тут во всех щелях распиханы соверены.

– Первый раз слышу об этом, сэр.

– Да ладно вам, мисс Тобиас! Зачем старикану понадобилась магия, если не ради поиска кладов? На что еще она годится? – Тут некая мысль встревожила капитана. – А они случайно не унаследовали семейные способности? Ну, дети. Хотя вряд ли. Женщины ничего не смыслят в магии.

– История знает двух женщин-волшебниц, сэр. Обе весьма почитаемы. Леди Екатерина Винчестерская, учившая Мартина Пейла, и дочь Грегори Авессалома Мария, которая более века была хозяйкой Призрачного дома.

Капитана нисколько не заинтересовали ее слова.