— Х-хоурс-с… — свистящим эхом пронеслось над поляной, и стих ветерок, и замерли в страхе лесные обитатели. — Эс туэ минрэ…

— Я звал тебя, Урлан, — подтвердил тот, кто сидел ближе всех к костру. Он говорил на одном из человеческих языков. В последних отблесках угасшего огня его лицо стало похожим на вырезанную из темного дерева маску. Тот, кого он назвал Урланом, склонил укрытую капюшоном голову и проговорил, медленно и четко выговаривая слова:

— Я слушаю тебя, Хоурс.

— Я сделал все, как ты сказал, — негромко, с расстановкой проговорил Хоурс. — Ты оказался прав: они не готовы.

Урлан медленно покивал головой.

— Мы отступились слишком рано, — продолжил Хоурс. — Слишком рано мы предоставили их своей собственной судьбе.

— Они утратили связь с Неведомым, — проговорил Урлан низким шелестящим голосом.

— Увы, это так. Они сбились с пути. Они не стали теми воинами, которые нам нужны. Они поддались страху и предпочли свободе ложную надежность. Они отгородились от Мира Верой и Знанием и променяли живое Чувство на мнимое Понимание. В них нет силы. — Хоурс покачал головой. — Они не готовы.

— Время Великой Битвы близится… — Урлан вскинул голову, и в тени капюшона сверкнули две желтые искры. В полном безветрии угли угасшего костра в мгновенье ока раскалились до бела и выплеснули из себя жаркое пламя. — Лонринги сильны как никогда, и они не упустят благоприятного для себя момента. Нам нужна эта раса. Мы не отдадим ее лонрингам. В грядущих битвах люди должны быть с нами. Или их не должно быть совсем…

Услышав последние слова Урлана, сидящие за спиной Хоурса зашевелились. В их сдержанных жестах, в том как они переглядывались друг с другом, сквозило тщательно скрываемое беспокойство.

Урлан медленно повел головой, будто обводя семерых внимательным взглядом. Под этим взглядом те, один за другим, снова замерли в напряженной неподвижности.

— Кто они, те, кого ты привел с собой? — спросил Урлан, закончив осмотр.