Черт его знает, в плане трепа Лихо любому сталкеру сто очков форы даст, заливает он действительно лихо, причем и реальный случай, и совершенно невероятную, дикую байку поведает с одинаково серьезным выражением лица, взволнованными вздохами и драматическими паузами. И ведь в половине случаев точно не врет — и доказательства, и свидетели имеются… даже научники подтверждали — может иллюз обмануть все чувства, за исключением только обоняния и вкуса. А то, что Лихо тогда всерьез опасной грязи наелся в тех развалинах, так это факт, его в больничке недели две потом держали, да он и сам тогда «душу» у Барина покупал… может, и не врет. Поэтому я принюхался. Пахло, опять же, рекой, смолой сосны, от желтовато-белых, пушистых соцветий какой-то травы исходил сильный, но в то же время приятный аромат. Угощение Прохорова было вкусным… нежесткое, аппетитное сало на куске черного хлеба, свежий лук, несколько суховатое, но при этом удивительно вкусное мясо, горячий, горьковатый от крепости черный чай. Но ощущение обмана, нереальности происходящего не отпускало.

Как может быть такое, чтоб заживо разлагающаяся рука, успевшая отравить весь организм, мгновенно, разом стала здоровой? Я точно знал, что «чернушка» сжирает сталкера в десятки раз быстрее обычной гангрены, что в этом случае не помогает даже ампутация, мало того, я должен был погибнуть задолго до того, как чернота доползла до плеча и шеи. Сам Доктор говорил, что в случае успешного лечения этой заразы Зоны навсегда садятся почки, начинает сбоить сердце, а уж фурункулезом сталкер будет мучиться всю оставшуюся жизнь, которая и без болячек не особенно длинная. А тут — на тебе… от раны тогда уже явственно несло падалью, рука висела плетью, и я просто сходил с ума от боли до тех пор, пока «монолитовец» не сделал мне тот самый, и кстати, смертельный укол.