Оно, конечно, радоваться бы, однако отсутствие пулевого отверстия на ткани комбеза озадачивало еще больше. «Кольчуга-2М» костюм более чем замечательный, однако порезы и пробоины заращивать сам не умеет, на то ремонт, причем недешевый, требуется. Хип тоже что-то чувствует, серьезна очень, внимательна, хотя и пытается поддержать разговор, улыбается даже очень естественно, учтиво, но я-то девчонку свою изучил достаточно хорошо, чтоб по глазам понять — так смотрит она на Координатора, словно не человек перед ней, а аномальный участок, через который пройти надо. Хотя, может, и впрямь не человек это.

И самое паршивое, ничего я не понимаю… однако от трапезы не отказался, чаек прихлебываю — ну не отравит же он нас, в самом деле, — а вот руку от «сайги» далеко не убираю. Видит Прохоров это дело, но спокоен совершенно. Даже насмешлив, если, конечно, не по глазам судить, а по едва заметной иронично-снисходительной, но при этом мрачной улыбке. Мужик вроде как мужик, действительно чем-то на профессора похож. Однако что-то в нем было не так… такое же ощущение возникало у меня, когда Доктор, Зона ему пухом, в глаза мне смотрел. Бывало, что и морозом до самых пяток окатывало… и вот у этого взгляд такой же. Не в смысле, что докторский, нет, не было в нем той острой, ироничной пронзительности, «рентгена», какого-то странного всезнания, от которого, мягко говоря, не по себе становилось. Взгляд Координатора был очень спокоен, почти безмятежен. Он не смотрел, нет, он созерцал без всякого интереса, был отстранен. В глазах этого странного человека тоже было знание, но не жадное и смелое, как у Доктора, а спокойное, уверенное и при этом совершенно дикое — я буквально чувствовал, что человеческого в нем, этом знании, нет почти ничего.

Наверное, поэтому я поверил в реальность происходящего. Да, что-то не так было с миром, где мы оказались. Слишком синим было небо, слишком яркими, насыщенными были краски, даже звуки были какими-то красочными, что ли, будь то ветер в кронах сосен или птичий свист. Очень ярким и… красивым был этот мир.