— Ха! — себе под нос пробормотал Миллиган. — Дилетанты, все как один.

— Да они просто дети, — вставила Макколлам.

— Хватит, я полагаю, — резко произнес Гессе, проявляя все признаки смущения. — Должен извиниться перед вами за их поведение, полковник. У команды «Альфа» почему-то сложилось впечатление, что они тут сливки общества.

— Все в порядке, мистер Гессе, — ответил Фарадей. Он и в самом деле так думал. Опыт подсказывал ему, что такой тип внешне непоказного товарищества является признаком хорошо функционирующей команды. Независимо от того, сложилась ли такая манера поведения в процессе обучения или они просто сошлись характерами на личностном уровне, это был хороший знак. — Значит, команды «Бета» и «Гамма» всего лишь дилетанты?

— Не думаю, — ответил Гессе, сверля взглядом затылок Миллигана. — Уровень их профессионализма не вызывает сомнений. Если хотите, мы можем изменить график дежурств, и при следующем вашем посещении здесь окажется другая группа.

— Нет, нет, эта команда меня вполне устраивает, — успокоил его Фарадей. — В крайнем случае всегда можно отправить их по своим комнатам. Вопрос к вам, доктор Спренкл. Если уже слишком поздно помешать этой команде сойти с ума, что вы здесь делаете?

— Главным образом отслеживаю психическое и эмоциональное состояние Рейми, — объяснил Спренкл. — Совет беспокоит возможность психологических конфликтов, когда он окажется в теле джанска.

— Или, чтобы быть более точным, — добавил Гессе, — они обеспокоены тем, что он может забыть, кто он такой. Это жизненно важно — чтобы он оставался верен своему происхождению.

Фарадей перевел взгляд на главный дисплей, показывающий клубящиеся облака Юпитера на глубине девяносто тысяч километров под ними.

— Да, конечно.

— Полковник? — окликнул его Бич, наполовину развернувшись в своем кресле. — Врачи сообщают, что они готовы.

— Спасибо. — Фарадей прошел мимо Гессе и опустился в командирское кресло.