Он замолчал, жадно вглядываясь в нее и все более обнаруживая во всей ее внешности: легкой смуглости кожи лица, трогательно изящном изгибе шеи, плавном овале щек - ив тоне негромкого и все время слегка меняющегося - смеющегося и вместе с тем грустящего - голоса именно то, что всегда наиболее привлекало его, Зубцова, в других девчатах. Однако в Дариме Тон все эти желанные ему черточки были особенно ярки, прекрасны.
Он даже вроде бы вдруг оглох от такого своего открытия, утратил нить разговора, ошеломленный сознанием того, что ему достаточно лишь смотреть на нее и от этого одного он будет чувствовать себя безмерно счастливым. Такое случилось с ним впервые в жизни и пришло (теперь он был уверен в этом) еще в тот миг, когда он увидел ее на тропинке, ведущей к вагончику.
Она же, будто все это разгадав, особенно благодарно улыбнулась ему.
Он сказал:
- Не волнуйся. Останутся отзвуки. Прилетит бригадир - такое грянем!
- Нет. - Она упрямо повела подбородком. - Уже ничего не удастся сделать. Чего не было, того не было.
Зубцов бесцеремонно протянул в ее сторону руку:
- Дай пощупаю. Как это - не было? Да мы в лепешку ради тебя расшибемся!
Дарима Тон еще раз благодарно улыбнулась:
- Спасибо. Но лично со мною-то все обстоит очень просто. Ушла - возвращусь. И так быстро, что в моем времени не пройдет и мгновения. Поверь, гораздо больше загадок в твоей судьбе.
- Та-ак, - протянул он, настораживаясь. - В моей-то моей, но ты здесь уже добрый час. Да еще в прошлом быть собираешься...
- Значит, мой обратный путь окажется короче на несколько суток - оборотов Земли, но и только.
- Та-ак, - повторил Зубцов, тоскливо подумав: "Все же не розыгрыш ли, братцы мои?", и сам, как предательства: "Нет-нет!" - испугался этой мысли.
- Но почему тебя удивляет мгновенность полета? - продолжала она. - Ведь я никак не могу возвратиться в свое время раньше, чем ушла из него. Это значило бы, что в какой-то момент там стало два одинаковых человека. Главное, впрочем, в другом. Произошло бы удвоение массы. Очень резкое, противоречащее закону сохранения вещества.