- Может быть, пойдем обратно?- неуверенно спросил сын.

- Я никогда не отступал перед крапивой, - надменно сказал я, надел куртку, которую нес на руке, и начал пробираться сквозь заросли.

Через несколько минут и полдюжины крапивных укусов мы попали на крохотную прогалинку у самой воды. Глубина здесь оказалась подходящей, дно - песчаным и чистым, и настроение у меня поднялось.

- Сейчас подкормим рыбку, привадим ее сюда, а завтра раненько уже начнем ловить.

Дрожа от холода и клацая зубами, мы вошли в воду и поплыли, стараясь удержать в поднятых руках пластиковые, с дырочками, мешочки, набитые сваренной накануне кашей.

- Понимаешь, привлеченная кашей, сюда соберется крупная рыба. А тут как раз им на выбор деликатесы на крючках: червяк, онарыш, хлеб.

- Ладно, посмотрим, - сказал сын.

Назавтра мы явились в свой крапивопитомник чуть свет и снарядили все три донки.

- Пап, - сказал сын, - а можно, я потащу домой всю рыбу?

- Пожалуйста, но особенно не хвастай.

Минут через десять сын начал проявлять признаки нетерпения:

- Ну, где же твоя рыба?

- Терпение, друг мой. Напряги немножко свою скудную фантазию и постарайся вообразить, что происходит там, в глубине. На чистом песчаном дне лежат два пакета с кашей. Вода неспешно разносит божественный аромат. Рядом - настоящая выставка-распродажа деликатесов: отборные жирные черви, неутомимо танцующие на крючках, степенные онарыши, аппетитные хлебные шарики. А вокруг, разинув рты от эдакого изобилия, застыли в трансе огромные окуни, пучат глаза лещи, дивится жирная пелядь. С чего начать? За что хвататься? На почтительном расстоянии - кольцо зрителей низкого звания: всякие там красноглазые плотвички, щунленькие неврастеники ерши, неразумные подлещики и прочий рыбный плебс.