- По-разному бывает.
- Я пойду, пожалуй. Тоска тут. Посуду за этими, - она показала в направлении гостиной, - без меня приберешь.
- Останься, а? Ну, я прошу тебя! Если хочешь, прямо отсюда в ресторан закатимся. А? Я угощаю - вчера получку дали.
- Да ну на фиг. Лучше в кулинарии пару табака возьмем. А водочка найдется...
- И как тебе? - Марина выжидательно смотрела на подругу. От водки глаза ее замаслились, щеки пылали. Да, пожалуй, с двух-то рюмашек оно вроде и не должно бы так.
- Это ты насчет похода к Родиону твоему? Ничего, халтурку вот легкую срубила себе.
- Что? Какую еще халтурку?
- Уколы ставить звал. - Марина вздрогнула, и это тоже не ускользнуло от внимания Лады. - По полтора рубля обещал. Это ж в месяц сорок пять выходит. И от работы моей два шага. Я согласилась.
Марина налила по третьей. Рука ее дрожала, и несколько капель пролилось на клеенку.
- Уколы... - с запинкой произнесла она и решительно поднесла рюмку ко рту. Продышавшись, с остервенением спросила: - И не противно тебе будет сморчка поганого обслуживать?
- Ты ж обслуживаешь... Хотя у тебя интерес, конечно... - Марина дернула горлом. Лада выдержала паузу и продолжила: - А мне он таким уж поганым не показался. Дедок как дедок. С прибабахом, конечно, ну да все такими будем, коли раньше не помрем.
- Дедок как дедок, говоришь?! - взвизгнула Марина. - Да это ж гад, изверг, хуже Гитлера! Еще до войны в НКВД конфискованным имуществом занимался. В блокаду - не знаю, мародерствовал, наверное, квартиры выморочные грабил, казенным мандатом прикрываясь, или еще что, только именно в те годы и начал живопись собирать. И после войны по дешевке скупал добро - трофейное или у бедствующих, голодных. А то и вовсе даром получал. Возьмет якобы на комиссию, а продавца или арестуют очень вовремя, или бандиты зарежут. - Голос ее понемногу крепчал. Несло, как с горы на санках. - Что-то продавал с выгодой, клиентуру постоянную завел из военных, ученых, артистов - тогда тоже состоятельные люди были. А что приглянется - себе оставлял. Собиратель! Жена его первая в бомбежку погибла, так он на искусствоведше из Русского музея женился, та его уму-разуму учила.