Ольга невольно вспомнила диковинных зверюшек, увиденных в том крохотном магазинчике.

– Подозрительный тип все-таки… – вслух произнесла она. – Может, сделать про него репортаж?…

– Не рекомендую, – спокойно покачала головой Евгения Борисовна. – Насколько я поняла, он очень не любит рекламу. Тем более такую сомнительную.

– Мою рекламу никто не любит, – самодовольно усмехнулась Ольга.

– И все же лучше прислушайтесь к моему совету. Просто вспомните хорошенько его лицо и подумайте – хотите вы с ним поссориться?

По спине Ольги пробежала холодная дрожь. Перед глазами появилась клубящаяся тьма под засаленным капюшоном и желтые костлявые руки, а в уши прокрался кошмарный свистящий шепот…

– Скажите, Евгения Борисовна, а вы ведь тоже принимали такую красно-белую пилюлю, верно? – сменила тему она.

– Да, именно ее. Эффективная штучка, правда?

– Эффективная… Дорогая, правда, до чертиков, но эффективная… А антидот?… Антидот вам тоже велели принять не позже двадцать второго дня?…

– Да, кажется… Я уже плохо помню, три месяца прошло.

– И вы приняли на двадцать второй день?

– Что вы, милочка, нет!

– Нет?… – облегченно выдохнула Ольга.

– Нет, конечно! Раньше! Гораздо раньше! Я выпила ту желтенькую таблеточку уже через две недели.

– Почему?

– Милочка, если бы я дожидалась этого двадцать второго дня, я бы стала похожа на узника Освенцима, – насмешливо улыбнулась Евгения Борисовна.

Ольга помрачнела. Все понятно – у ее визави проблема была куда менее серьезной, чем у нее. Скорее всего, она весила немногим больше центнера, и двух недель ей хватило за глаза…

А что же делать ей?! Ей бы не помешала и четвертая неделя…

– Мне надо выпить, – вслух произнесла Ольга.