Ой…

Я ж теперь мужик!!

Эээ… А можно я следующую сценку пропущу. А?

* * *

Уф… Какое блаженство… Вот только эта морда черная и страшная напротив портит все настроение. Вот если бы…

Я подняла руку – и тут же меня вновь по пальцам стукнул посох, но я уже приноровилась хватать его, а не отбивать собственные конечности.. Странный, незнакомый жест (во всяком случае меня ему не учили) и гротескная страшная статуэтка исчезла в неизвестном направлении с легким хлопком.

Выйдя из комнатки, я вновь пошла по коридору вниз, намереваясь оглядеть, куда это меня занесло. И начать с первого этажа. Проходя мимо той комнаты, где я пришла в себя, я чуть не споткнулась, тут же вернувшись назад и уставившись в знакомое зеркало.

Нет, я не стала женщиной. И крылья не пропали, просто… Просто я стала (или стал? Блин, не удобно–то как!) чистой! Одежда, лицо, волосы… все пришло в порядок, как так и было!

Кстати, волосы у меня теперь были ослепительно белые и длинные. До пояса во всяком случае. Аж завидно… А вот одеваться можно было бы и получше! Безвкусица в стиле «Страшный и Ужасный Злодей».

Я настороженно поглядела на посох… Значит… Это я теперь магией владею?! А если…

– Спасибо… – тихо протянула я и погладила теплое резное дерево. – Слушай, Солнышко, а комнату в порядок привести, это можно?

Посох мягко завозился в руке, словно тыкаясь в нее носом. Я несмело подняла руку и описала неровный кривоватый круг. А потом двумя руками ловила челюсть. Все разбросанные вещи и отбитые куски занимали отведенные им природой места.

– Вот это да–а–а… – восхищенно протянула я, прижимая к груди посох.

Еще раз с любовью и восхищением поглядела на него и, радостно взвизгнув, кинулась наводить порядок.

Вот до сих пор никогда не любила ремонты. После них вечно, в клею, краске, обоях, злой. Переругаешься со всеми по нескольку раз, припоминая все обиды едва не от сотворения мира. А про поясницу я и не вспоминаю. Особенно – после оклейки потолков. А сейчас… Взмах посохом – и нате, получите, распишитесь! Чистота и порядок.