- Передай Скотине, - храбро выпятив грудь, сказал он, - что если сунется ко мне - получит сполна! И вообще... Спасибо за совет и оставь меня в покое!

Роберт высвободил руку и, не оборачиваясь, пошел по коридору. Леннокс печально посмотрел вслед и его маленькое личико сморщилось еще больше. Он хрустнул длинными пальцами и пробормотал:

- В конце концов... Мне-то не все ли равно?

"Да, день рождения начался очень даже весело, - размышлял Роберт, шагая неизвестно куда. - Скучать почти не приходится.

Врешь, Скотина, убивать ты меня не собираешься! - Роберт с ненавистью стиснул зубы и свернул в узкий боковой проход. - Это тебе не выгодно. "Отчаянные парни нам очень нужны", - не так ли? А их все меньше и меньше. Избить, запугать, подчинить - вот твоя цель!

Что ж, попробуй, да смотри не поломай зубы. Даже если с Геддой у тебя ничего не было, а я уверен, что не было - и тут я сам оказался скотиной, если даже ты не дотрагивался до нее своими грязными пальцами и все твои рассказы просто вранье - все равно я тебя ненавижу, потому что ты падаль, был падалью, падалью и помрешь. Потому что ты не человек, а именно скотина... А теперь все к черту - и спать! 3абиться в тайный закуток - и отдышаться..."

Он свернул в еще один, совсем узенький коридор, протиснулся между обжигающе ледяными колоннами энергоприемников, подошел к едва заметной в темноте куче разного мягкого хлама, который он натаскал отовсюду в это укромное местечко, рухнул лицом вниз и закрыл глаза.

И тут же перед ним возникло лицо Гедды, бледное лицо, не испуганное, а чуть удивленное, застывшая маска с изумрудами на месте глаз. И в ушах вновь зазвучал ее голос: "Убирайся!.." Он вдруг почти отчетливо осознал, что Гедда совсем не испугалась, словно ей было все равно.

- Прости меня, Гедда! - сказал Роберт непослушными губами.

И сдался, не в силах справиться с туманной каруселью, которую кто-то когда-то с бешеной скоростью закрутил в голове.