- Иааах! - ревели они. - Иааах! Иаааааах!

- Она выключена! - крикнул Ромени. - Видите, она выключена, она остановилась! Хотите, чтобы я включил ее снова?

Огненные языки несколько угомонились и снова обрели человеческие очертания.

- Включи ее снова! - попросил один.

- Включу, - ответил доктор Ромени, вытирая лоб рукавом, - но не раньше, чем вы выполните то, о чем я вас попрошу.

- Чего ты хочешь?

- Я хочу, чтобы вы появились завтра ночью в Лондоне - костры с бренди и кровью будут вам маяками, - и тогда я хочу, чтобы вы вспомнили эту игрушку и представили себе, каково это будет, когда вы сможете любоваться на нее столько, сколько пожелаете.

- Лондон? Ты уже просил нас об этом.

- Тогда, в 1666-м? Да, - кивнул Ромени. - Но это не я тогда просил вас об этой услуге. Это был Аменофис Фике...

- Это была пара башмаков. Какая нам разница?

- Я думаю, это не так важно, - пробормотал доктор Ромени, чувствуя смертельную усталость. - Но это должно произойти завтра ночью, ясно? Если вы спутаете время или место, вы не получите этой игрушки, вы даже не увидите ее больше никогда.

Огни беспокойно заколыхались - как правило, яги не отличались особой пунктуальностью.

- Н-никогда б-больше? - переспросил один голосом наполовину просительным, наполовину угрожающим.

- Никогда, - заверил Ромени.

- Мы хотим, чтобы игрушку включили.

- Отлично. Тогда следите за сигнальными кострами, ступайте и оживите их. Я хочу, чтобы вы постарались.

- Мы уж постараемся на славу, - самодовольно откликнулся яг. Ромени повел плечами, снимая напряжение, - самое тяжелое позади. Теперь оставалось ждать только, пока яги уйдут и огонь превратится в обычный костер. Кругом все тихо и только треск огня, редкие хлопки взрывающихся головешек, да изредка, когда ветер задувал с севера, - далекое бормотание древесных лягушек.