– А имея эти деньги, – его голос, точно лом, поддевал напластования реальности, – можно подумать о том, как усовершенствовать наше искусство.

Зильберкит немного приободрился.

– Это верно, – начал он. – К примеру, найти способ положить звук на…

Но Достабль уже не слушал. Он указал на несколько прислоненных к стене дощечек.

– Что это такое? – спросил он.

– А это моя идея, – сказал Зильберкит. – Мы подумали, было бы проявлением… э-э… делового чутья, – он явно смаковал эти слова, как непривычное, но изысканное лакомство, – рассказывать людям о новых движущихся картинках, которые мы здесь производим.

Достабль подобрал одну из дощечек и, держа ее в вытянутой руке, осмотрел критическим оком. На ней значилось:

На будуюсчей ниделе мы пакажем

«ПЕЛИАС И МЕЛИСАНДРА»

Рамантическая Трогедия в 2 частях

Спасибо за внимание

– Угу, – произнес он без всякого выражения.

– Разве плохо? – глухо выговорил раздавленный Зильберкит. – Ну, это, ведь тут есть все, что необходимо знать зрителям.

– Разреши, – сказал Достабль, беря со стола Зильберкита кусочек мела.

Некоторое время он что-то торопливо царапал на обороте доски, а потом позволил прочитать написанное:

БОГИ И ЛЮДИ СКАЗАЛИ ЭТАМУ НИ БЫВАТЬ НО ОНИ НИЧИГО НИ ХАТЕЛИ СЛУШАТЬ

«ПЕЛИАС И МЕЛИСАНДРА»,

Истерия Запретной Люпви

Страсть Пабеждаит Прасранство и Время!

Тебя Натрясут

При Участии 1000 сланов!

Виктор и Зильберкит читали текст с настороженным вниманием. Так изучают обеденное меню на чужом языке. А язык и впрямь был чужим. Но что самое скверное, на вид он был прежним, родным.

– Ну, не знаю… – осторожно высказался Зильберкит. – Собственно говоря… Что уж там такого запретного… Э-э… Все это основано на реальной истории, только имена изменены.