Плешивый однокашник обиделся.

- На себя посмотри, старый боров. Или тебя тешит видок, который ты лицезреешь в зеркале? Держу пари, твое кровяное давление вдвое превышает КИ и костюмчик этот взбугрили отнюдь не мышцы Геркулеса, а тривиальные сто фунтов сала. Но хватит изощряться в остроумии. Мы еще сразимся, как бывало, однако сейчас я пришел не за тем. Угости-ка лучше несостоявшегося морского волка сигарой. Кстати, Толстяк, если помнишь, меня вышибли отчасти и твоими стараниями.

Пучеглазый привстал, выбрал сигару и сунул ее в рот, но не зажег - просто сидел и загадочно ухмылялся. Джейкобсен смущенно откашлялся.

- Ох, Бейтс, кто старое помянет... Зеленые мы были, молодость бурлила... Никто не желал тебе зла. Уж за себя-то, черт побери, ручаюсь.

- Может быть, может быть. Но зельем ту девицу опаивали все вместе, а после кто-то ее отдубасил и запихнул в мою постель. Ты не запачкался, карьеру сделал - три звезды, вон, получил, ну а меня - пинком под зад. - Бейтс махнул сигарой. - Не дрейфь, Толстяк, все нормально. Я не собираюсь сводить счеты тридцатилетней давности. Наоборот, я подарю тебе столько звезд, сколько тебе и не снилось. Турнув меня из ВМС, начальство оказало мне немалую услугу. В тот день мне выпала редкостная удача. Моряк-то из меня вышел бы отвратный.

- Ты и в Академии был так себе. - В адмирале проснулось любопытство. - А куда ты пропал, Пучеглазый, когда ушел от нас? Я в том смысле, что был бы рад помочь тебе с работой... хотя, не обижайся, но воняешь ты, как будто... прости, как будто вымазался в обезьяньем дерьме.

Пучеглазый оскалился, ничуть не задетый.

- Не слишком далеко от истины. Добавь медвежье, и почти угадал. - Не прошло и пяти минут, а между собеседниками, словно и не было упомянутых тридцати лет, установились самые непринужденные отношения. - Спасибо, Толстяк, но я не нуждаюсь в помощи. Ведь я сказал, что явился с целью оказать услугу тебе. Очень большую услугу.