— Пойдем со мной, — сказал он. — Если, конечно, хочешь увидеть кое-что действительно занятное.

Кристин бросила на брата недоверчивый взгляд, однако, поднимаясь по лестнице, Скай услышал, что сестра идет следом.

— Это семейные фотографии?

Она накинула на плечи меховой воротник, и Скай с облегчением констатировал, что глаза-бусины потухли, а шкурка не проявляет никаких признаков жизни. Он собирался посвятить кузину в удивительные происшествия, но начинать с говорящей норки явно не стоило.

Он вернулся мыслью к альбомам.

— Не замечаешь ничего странного?

— Да нет.

Они уже просмотрели все снимки, и теперь Кристин открывала страницы наугад.

— Обычные фотографии из отпуска.

— Да, только нигде нет дедушки Сигурда.

— Чему тут удивляться? — пожала плечами Кристин. — Он бросил семью, когда моей маме было семь, а твоей, кажется, шесть? И почти сразу погиб. Наверняка бабушка возненавидела его. Лично я бы так и поступила. Моя мама никогда даже не упоминала о нем. А твоя?

— Очень редко. Говорит, что я немного похож на него.

Скай пролистал альбом до конца и открыл его на снимке, где бабушка с дочерьми позировала на фоне фьорда.

— Думаю, это он фотографировал.

— Это его тень? — Кристин внимательно изучила темный силуэт у ног юных сестер. — Возможно. И что дальше? Больше тебе нечего показать?

— Есть. Смотри, что я нашел!

Запустив руку в сундук, Скай вел ладонью по внутренней поверхности крышки, пока не нащупал скотч. Он потянул за предусмотрительно оставленный свободный край — раздался треск. Не успел Скай отлепить ленту с другой стороны, как из тайника посыпалось содержимое. Тетрадь и мешочек упали на дно сундука, со знакомым стуком.

— Ух ты! — воскликнула Кристин.

Она подалась вперед, насмешка с лица исчезла. Скай подал ей дневник и, пока кузина возилась с завязками, расстелил шелковый платок и высыпал на него камни.