Стараясь не отставать, Скай поднял крышку сундука и достал скандинавские камни. Он отыскал пять рун, нарисованных в книге, и выложил их на алый лоскут в нужном порядке. Когда последняя, Отала, легла на свое место, Скай вновь ощутил, что та будто прилипла к пальцам. В этот раз она не обожгла кожу, но пришлось сделать усилие, чтобы стряхнуть ее.

Тем временем Кристин занялась тайником в крышке. В прошлый раз Скай приладил на место кусок бумаги, под которым скрывалась фотография, чтобы мама случайно не обнаружила ее, перебирая содержимое сундука. Кристин отодрала лист так, чтобы снимок красовался прямо в центре. Она довольно хрустнула костяшками пальцев — Скай вздрогнул.

— Ну что, готов?

Он сглотнул, пересохший язык не слушался.

— Насчет этой уиджи. Мы что, будем говорить через нее с духами?

— Именно. — Кристин наклонилась к брату, попав в пятно лунного света, глаза ее возбужденно блестели. — Только не с какими попало. Среди них ведь встречаются страшные зануды. Нет, вот кого мы вызовем!

Она указывала на фотографию. Пламя свечи дрожало, отбрасывая неверные блики на лица, но Сигурд смотрел прямо в объектив, и взгляд его словно преследовал Ская.

— Не знаю… — промямлил тот, уставившись на небо.

Луна спряталась за тучей, и на чердаке стало чуть темнее. Скай поежился, хотя вовсе не замерз.

— Брось! Что нам терять? — Кристин прижала палец к стаканчику.

— Разве не нужно ждать до полуночи? — упирался Скай.

— Зачем? Нет, сойдет и без пяти двенадцать. Давай не трусь!

Девушка решительно кивнула на стопку.

Усевшись на пол по-турецки, они склонились над доской. Скай послушно приставил палец к стеклянному донышку. Он бросил взгляд на кузину: щеки горят от нетерпения, растрепавшиеся светлые волосы падают на лицо. Скай облизал губы. И почему он не догадался захватить воды?