Теперь принцесса боялась, что оно никогда больше не повторится, ибо все, что она слышала о Великом Роане и его императорах, ввергало ее в священный ужас.

В пятнадцать лет Арианна влюбилась в одного из придворных своего отца — молодого королевского стремянного. Это был статный златокудрый атлет, не блиставший умом, но пользовавшийся огромным успехом у особ противоположного пола. Принцесса же находилась в том возрасте, когда юное существо влюбляется непременно — неважно, есть рядом объект, достойный пылкого первого чувства, или же нет. В последнем случае любят мечту. В первом — возводят своего любимого до уровня идеала.

Арианна вряд ли перебросилась со своим возлюбленным несколькими фразами. Она обожала его издали, просто за то, что он был на этом свете. Перспектива долгой жизни с нелюбимым супругом побуждала ее отдать свое сердце хотя бы кому-нибудь. В самых сладких своих грезах принцесса представляла, как однажды падет в объятия прекрасному стремянному, и тот, осчастливленный этой любовью, увезет ее далеко-далеко, спасет от уготованной судьбы. На самом же деле ничего не произошло, и молодой человек вскоре женился на одной из придворных дам, заключив свой брак не столько из любви, сколько по расчету.

Сердце принцессы было разбито. Как ей казалось, навсегда.

Из всех приближенных только старушка няня догадывалась о чувствах, обуревавших ее воспитанницу. Но Арианна слишком рьяно оберегала свою тайну и не желала говорить о ней ни с кем. Потому и не услышала, что первое чувство редко перерастает во что-либо серьезное и еще реже приводит к счастью. Что великий смысл этой нежной и хрупкой любви — в опыте, мудрости и страданиях, которые, как известно, очищают душу и готовят ее к грядущим испытаниям.

Теперь Арианна оплакивала свою жизнь — погубленную, исковерканную традицией, проданную, пусть и за великую цену. Она даже не задумывалась над тем, что именно сейчас вступила в пору своего расцвета, что именно теперь стала особенно хороша и ее судьба еще впереди.