- Интересно, - сказала Лисса, - счетчик оборотов дошел до красного. А я никогда не могла добиться, чтобы он перешел хотя бы через оранжевый сектор.

- Это было до того, - ответил Тевернер с благодарностью, приходя в себя, - как я сделал ваш агрегат лучше, чем новый. Помните? - Он замедлил машину до более респектабельной скорости и повернул к Центру. - Спасибо, Лисса.

- За что?

- Может и не за что, но все равно, спасибо. Куда едем?

- Не знаю... - Пауза длилась довольно долго, а Тевернер напряженно ждал, удивляясь собственной подозрительности. - Ах, да, я ведь хотела к Жаме!

- Не знаю, милая, - Тевернер инстинктивно уклонялся. - Сомневаюсь, что могу выдержать сегодня эти проклятые вертящиеся зеркала!

- Ах, да не будьте вы старым троллем! Мне хочется поехать к Жаме!

Тевернер заметил чуть заметное подчеркивание в слове "старый" и понял, что его втягивают в темную дуэль на невидимых шпагах. Лисса пыталась бесспорно, рассматривая это как великую хитрость, - оказать на него давление. Сначала это была любительская попытка обольщения, теперь она тащила его в известный бар.

- Ладно, поехали к Жаме.

Тевернер удивлялся, почему он так легко согласился.

Из любопытства? Или в виде наказания за то, что он старше ее на тридцать лет, что он слишком стар и опытен для того, чтобы она вертела им, и поэтому в каком-то смысле обманул ее?

Он молчал, пока машина не свернула и остановилась на стоянке. Лисса взяла его под руку и прижалась к нему, стараясь укрыться от соленого ветра, провожавшего их до бульвара, огибавшего бухту. Витрины больших магазинов сияли, и Лисса тоскливо поглядывала на выставленные в них платья и драгоценности, по привычке притворяясь, что она не в состоянии купить все, что хочет.