Еще лет двести назад был принят закон, ограничивающий высоту столичных зданий, за исключением дворца и стратегических сооружений, четырьмя этажами. Тот же закон обязывал соблюдать "красоту и чистоту внешнего вида зданий" под угрозой серьезных штрафов. Чуть позже утвержденное законом переросло в моду, и даже самые простые постройки обзавелись карнизами, барельефами, лепниной и прочими архитектурными излишествами. Ныне не украшенные ничем дома можно встретить лишь на дальней окраине - даже бойницы в городском арсенале имеют фигурные вырезы, а ангары для летающих кораблей "охраняют" статуи древних воинов. Про чистоту даже упоминать не стоило: специальная бригада занимается мытьем общественных улиц и зданий, принадлежащих городу, в то время как об остальных постройках заботятся их хозяева. Солиано совсем не зря считался самым чистым городом империи. Это был ее город, место в котором она жила, и Мелисанда рассказывала обо всем этом с затаенной гордостью.

   Впрочем, где-то к концу третьего часа они перешли от архитектуры к обсуждению использования заклятий для работы фортификационных сооружений. И вот тогда Мелли понесло. Магия была ее страстью, и, увлекшись спором, она полностью забыла о разнице в положении между собой и оппонентом. Он поражал ее своим невежеством и одновременно своей осведомленностью. Он не знал элементарных вещей, но свободно оперировал терминами высшей магии и ссылался на неизвестные самой Мелисанде теории. Складывалось такое ощущение, что его совсем не учили, вместо этого запирая в хранилище с допуском "совершенно секретно".

   - Ну как можно быть таким идиотом, - Мелли почти кричала, размахивая руками. - Даже если тебе удастся протолкнуть эту конструкцию внутрь ячеистого купола, не потревожив его, что уже само по себе бред, то это все равно ничего не даст. Заклятье будет настолько истощено, что никакого вреда причинить не сможет. Максимум на что ему хватит сил это связаться с другим заклятьем. Причем исключительно на той стороне щита.