— Идем, Джинджер! — Дядя Рей замахал мне рукой с порога дома. — Еще успеешь наглядеться. С чердака открывается просто-таки потрясающий вид на всю округу!

Нехотя оторвавшись от великолепного зрелища, я засеменила вслед за дядей. В доме было все по-прежнему, еще таким, каким я помнила эту неменяющуюся обстановку с детства: пропахшая нафталином мебель в бордовых чехлах, редкие запылившиеся торшеры и стены с облезлыми обоями, которые сверху сплошь были обклеены постерами из популярного на западных территориях журнала "Настоящий ковбой". Вот мужественный фермер — по стереотипу — немытый, небритый — непринужденно хватает быка за левый рог, при этом лениво улыбаясь в камеру. А вот маленькая ковбойка с волосами цвета соломы, заплетенными в две тугие косы, в широкополой шляпе, которую она наверняка стащила у мужа; она стоит, широко расставив ноги и уперев руки в бока, — позади нее толпится целая орава ребятишек — чистые копии своего "отца" с предыдущего постера. Остальные картинки выполнены в точно таком же духе: бравый ковбой и его не менее бравая жена с еще не менее бравыми ребятишками. Сюжеты же варьируются от примитивно-бытовых до самых нелепых (ковбой пожимает руку президенту). Я всегда удивлялась, где "Настоящий ковбой" брал идеи для своих номеров, ведь журнал выходит уже около тридцати лет и по-прежнему не теряет своей актуальности.

На столе стояла чашка с недопитым чаем, от которого все еще поднимался робкий дымок. Из этого я заключила, что Луи все еще в доме и просто бродит где-то поблизости.

— Можешь подниматься в свою комнату — я пока схожу за твоими вещами, — сказал дядя и вышел на улицу.

Я поднялась по старой лестнице с широкими ступеньками, сделанными из какого-то причудливого темного дерева, и направилась прямиком к двери в самом конце коридора. С последнего Рождества здесь ничего не изменилось, и даже дверь, едва я к ней прикнулась, все так же угрожающе заскрипела.