Можем вернуться и пойти на это кладбище Стирлинга.

- Сначала давай поедим, - ответила я.

Ларри поглядел на меня:

- Ты хочешь заехать поесть? Это впервые. Обычно мне приходится это выпрашивать.

- Я забыла позавтракать, - пояснила я.

Он усмехнулся:

- Охотно верю. - Улыбка медленно сползла с его лица. - Впервые ты предлагаешь мне заехать поесть, а я, кажется, не могу. - Он всмотрелся мне в лицо. Света хватало, чтобы я поняла: он меня изучает. - Ты действительно можешь есть после того, что мы сейчас видели?

Я посмотрела на него в ответ, не зная, что сказать. Еще недавно ответ был бы "нет".

- Ну, вряд ли я справилась бы с тарелкой спагетти или бифштексом по-татарски, но, в общем, есть могу.

Он покачал головой:

- А что это за хрень такая - бифштекс по-татарски?

- Много полусырого мяса.

Он с трудом проглотил слюну, лишь слегка побледнев.

- Слушай, как ты можешь о таком даже думать, после того как...

Он не договорил. Этого не требовалось - мы оба были на месте убийства.

Я пожала плечами:

- Я скоро уже три года как выезжаю на убийства, Ларри. Приучаешься с этим жить. А значит, и есть после того, как видел расчлененные трупы. - Я не добавила, что видала и похуже. Я видала комнаты, полные крови и рубленого мяса, когда нельзя было даже сказать, что это было раньше. После этого я не пошла есть биг-мак. - Может, хоть попытаешься поесть?

Он посмотрел на меня с некоторым подозрением:

- Ты что-то задумала?

Я развязала кроссовки и осторожно встала на гравий - не хотелось рвать колготки. Расстегнула комбинезон, сняла. Ларри сделал то же самое, но не разуваясь. Ему это удалось, правда, пришлось попрыгать на одной ножке.

Я тщательно сложила комбинезон, чтобы кровь не вымазала чистую обивку машины, бросила кроссовки под заднее сиденье и достала туфли.

Ларри пытался разгладить морщины на штанах, но тут уж только сухая чистка могла помочь.