— Никто точно не знает. Вероятно, первоначальный диск, из которого сгустились планеты, вращался медленно — поэтому большие планеты образовались близко и заперли в своих недрах тяжелые металлы. Но это только теория.

Док постоянно поражался ее невежеству и страстному желанию учиться. Она знала о Великом Событии, но думала, что оно разрушило только Фабрику, а не весь мир. Она не знала ни о заселении Тер-ры, ни о подъеме Синдика, не знала, почему люди поднимаются на поверхность, не знала, что этот мир был всего лишь одним из сотен миров. Она была подобна ростку, что пробивает себе путь к солнцу, разламывая асфальт. Она жадно впитывала знания, которые получала от него. Она сама, на основе этих знаний, поняла, почему орбиты имеют форму эллипса. Она, как губка, впитала Ньютонову механику, тензорное исчисление, взаимодействие нейтронов. Он не тратил деньги, которые Семнадцать приносила ему — они еще понадобятся девушке, когда она поднимется в мир.

Люди начали замечать, что Семнадцать проводит уйму времени с Доком Робертсом. Мать сказала дочери, чтобы та о себе не очень-то воображала, и они снова страшно поссорились. При этом мать непрерывно помешивала дрожжевой суп, а последний малыш ползал вокруг них. Семнадцать ракетой вылетела из дома и на углу рынка напоролась на Дима Тусклого.

— Скажи, чего ты путаешься с этой старой развалиной? — спросил он. Дим был один — ничего не скажешь, счастье привалило. Его тело сплошь покрывали татуировки, из одежды на парне были только шорты, чтобы выпендриться — показать нашпигованные стероидами мышцы. От него несло потом и мазью, которой он выводил свои мерзкие прыщи. Люди мельком смотрели на них и поспешно отводили глаза — о Тусклом ходила дурная слава.