Прежде мне хоть в марках везло, а теперь и марки отменили. - Отменили? - удивился я. - Как же так? А наши коллекции? - Ты плохо слушал сообщение об отмене денег. Там сказано: отменяются деньги, а также всякие знаки оплаты. А марки - это и есть знаки оплаты. - Действительно, - догадался я. - Раз нет денег, то и марки отпадают... А как же быть филателистам? - Никак! - буркнул Андрей. - Едем к Почтамту. Движением руки он подозвал проходящий мимо такси-элмобиль, и мы сели в него. - Везите нас к Почтамту, - сказал я ABTOPy7. - Понял. Везу к Почтамту. Оплата отменена, - произнес АВТОР, склонив над приборами металлическую голову с тремя глазами. Четвертый глаз - большая затылочная линза - смотрел на нас. - Поедем с перепрыгом, - сказал Андрей. - Мы спешим. - Предупреждаю об опасности, - сказал АВТОР. - К Почтамту сегодня большое движение. Перепрыгивание опасно. Везти с разговором? За разговор надбавка отменена. - Везите с разговором, - сказал я. - До вас вез к Почтамту седого старика, возраст приблизительно МИДЖ и сорок лет. Старик имел огорченный вид. На куртке у него Гуманитарный знак. Старик был очень сердит. - Он не ругался? - с надеждой спросил я. - Нет, он не делал того, о чем вы упомянули. Но у него был огорченный вид. - И не надоела вам эта болтовня! - сердито сказал Андрей. - Не пойму, что за удовольствие. Мы замолчали. До Почтамта было довольно далеко, он находился в новом центре города, который сместился по направлению к Пушкину. Элмобилей было в этот час много. Когда впереди, за несколькими машинами, намечался просвет, наш элмобиль выпускал подкрылки и перелетал через идущие впереди машины, занимая свободное место. Наконец мы подъехали к Почтамту - небольшому двадцатиэтажному зданию, стоящему среди площади. На площади толпилось довольно много народу. Здесь были и школьники, и люди среднего возраста, и совсем пожилые люди. Некоторые пришли с альбомами для марок и "Справочником филателиста". У всех был очень недовольный вид.