Андрей в дождевике стоял у самой кромки залива. Смотрел он не вдаль, а прямо под ноги, на воду. - И охота тебе торчать на этом пляже! - сказал я. - Ведь сейчас не лето. Иди домой, тебя мама зовет. Или ты забыл, что тебе сегодня исполняется десять лет? И о чем ты думаешь? - Я думаю о воде, - ответил Андрей. - Вода - очень странная, правда? Она ни на что на свете не похожа. - Чего странного нашел ты в воде? - удивился я. - Вода - это и есть вода. - Нет, вода - странная и непонятная, - упрямо повторял Андрей. - Она жидкая, но если по ней плашмя ударить палкой, то даже руке больно, такая она упругая. Вот если сделать воду совсем твердой... - Настанет зима - вода превратится в лед и станет твердой, - прервал я Андрея. - Да я не о льде, - с какой-то обидой сказал он. Мы молча пошли домой. Дома мать Андрея обняла его и подарила пакетик с марками, а моя мама подарила ему "Справочник филателиста". - Ура! Никарагуа! Никарагуа! - закричал мой товарищ, рассмотрев марки. Он запрыгал от радости и стал бегать по всем комнатам, выкрикивая: "Никарагуа! Никарагуа!" Когда он пробежал мимо дивана, я сделал ему подножку, и он упал на диван. Я тоже плюхнулся на диван, и мы стали бороться, а потом схватили по диванному валику и начали бить друг друга. Конечно, все это делалось в шутку. - Бей зверинщиков! - кричал я, замахиваясь нитролонным валиком на Андрея. - Бей портретников! - кричал он, опуская мне на голову валик. "Портретниками" в нашем школьном филателистическом кружке называли тех, кто собирал марки с портретами. Я, например, подбирал марки с изображением знаменитых Людей. Андрей же принадлежал к "зверинщикам" - он собирал так называемые красивые марки; особенно он любил изображения разных экзотических зверей. Вкус у него был странный; ему нравились самые яркие, даже аляповатые марки, нравились пестрые птицы и звери, изображенные на них. Коллекцией своей он очень дорожил, но если кто-нибудь из ребят просил у него даже самую яркую марку, он отдавал ее. Сам же он редко обращался к кому-либо с просьбами, и из-за этого некоторые считали его гордецом.