Если не повезет, это может произойти в любой момент, достаточно скоро. Но настоящие проблемы начнутся на последней стадии – это приблизительно треть оставшегося срока. Вам понадобятся обезболивающие. Очень сильные обезболивающие. Знаете, – доктор понизил голос. – Некоторые пациенты переходят на тяжелые наркотики, покупая их на улице. В нашей стране закон таков, что полноценное обезболивающее, для вашего случая, в аптеке приобрести не получится. Наша правоохранительная система позаботилась о том, чтобы наркоман не смог купить в киоске дозу серьезной дури, но при этом не подумала о таких случаях, как ваш. Я ничего не советую, просто имейте ввиду.

– Весело… Спасибо.

– Сейчас я выпишу рецепт – не забывайте принимать вовремя. В остальном даже не знаю, что вам еще посоветовать и рассказать. Вы взрослый человек и очень достойно восприняли это. Надеюсь, ваше «море» тоже окажется достойным, а то я на разное насмотрелся… И в любом случае держите со мной связь – когда придет время, я помогу с клиникой. В принципе, можно все устроить и на дому – но придется оплачивать услуги медсестер.

– Господи – сдохнуть дома теперь платно…

– Простите, но…

– Не обращайте внимания – это я так шучу. Понимаю, что не очень смешно, но…

– Ничего – не раскисайте. Я многих в этом кресле повидал, в том числе и таких как вы. Я о ситуации. У вас хорошая реакция. Мне жаль…

Достал жалеть. Уже давно хотелось выйти из этого просторного кабинета. Он меня давить начал. Для кого и кабинет, а для меня залом судебным оказался. Приговор вынесен – подсудимого можно выводить…

* * *

Уже в коридоре догнала медсестра. Или секретарша – не знаю как правильно. Мне она бумажки заполняла, когда на обследование пришел первый раз. Строгая конопатая пышка – при ее внешности строгость выглядела неестественной. Видимо долго за мной гналась – глаза уже как чайные блюдца, а в плечо вцепилась, будто кусок мяса вырвать хочет. Похоже, я ее за собой тащил, не замечая ничего вокруг. Ну накрыло меня сильно: извините, любезная – денек неудачный выдался.