– Лямо, и долго вы собираетесь так висеть? Неудобно же, вниз-то головой. Ладно, входите уж… – от звука голоса архимага шут чуть вторично не сверзился вниз. Ночная мгла, подсвеченная луной, скрадывала истинное расстояние до земли, но Лямо прекрасно знал, что даже его вампирская регенерация не поможет размазанному о брусчатку телу. От понимания шута бросило в холодный пот. А если добавить к этому багровые отблески факелов, стекавшиеся к башне…

– И давно вы знаете, что я тут? – проговорил шут, приземляясь на письменный стол.

– С тех пор, как вскарабкались на крышу. – архимаг на Лямо, рассевшегося на бумагах, даже не смотрел, он любовался на дело своих рук. Кораблик ему нравился. Такой подарок порадует любого малыша, не говоря уже о праправнуке архимага, который обожал деда. Пытливому сорванцу завтра исполняется ровно пять лет, самый возраст для первооткрывателя, пусть даже и городских каналов и канав.

Фуке погрузился в мечты о фейерверке, который он устроит в честь внука, Лямо в это время тактично молчал.

Так прошло полчаса, шум за окном стал отчетливым, в нем уже можно было разобрать отдельные слова. Эти слова заставили шута вторично облиться холодным потом, не выдержав, он кашлянул, привлекая внимание Фуке.

– Ах, да, вы все еще здесь, Лямо… И что же вас привело, могу я поинтересоваться? – архимаг нехотя отложил кораблик.

– На меня охотятся, господин Фуке. Мне нужно спрятаться.

– И чем же вы не угодили горожанам, ваше палачество?

– Я вампир, Фуке. Не забыли?

– Такое разве забудешь… А что король? Вы же в фаворитах, если не ошибаюсь?

– Король-то и объявил всех вампиров города вне закона. Начиная с меня. Вы же знаете Вардана, Фуке – какая-то сволочь нашептала, он и рад стараться. По-пу-лизм. Ему хочется, чтобы народ его любил.