- Я сплю, звездоплаватели, - объявил биолог. - Вредно шевелить мозговыми извилинами при шестикратной перегрузке.

И он в самом деле заснул.

Через час пришел инженер. Его трудно было узнать - он почернел, щеки ввалились, комбинезон висел мешком.

- Автоматы отключат двигатель, - сказал инженер. - Помните, товарищи, сразу наступит невесомость...

Странно, эти последние часы пролетели очень быстро. Может быть, потому, что мы снова были вместе.

Тяжесть исчезла внезапно. Распрямившись, амортизаторы кресел мгновенно вытолкнули нас вверх, к потолку, и в тот же миг на почерневшем экране ярко вспыхнули звездные огни.

Я больно ударился плечом о потолок. Кто-то заслонил экран, но Солнце я увидел сразу. Сначала Солнце, потом Венеру, Марс, даже Меркурий.

- Почему не видно Земли? - с раздражением спросил биолог. - Проклятый телескоп! Неужели Земля закрыта Солнцем?

Меня пропустили к экрану, и я показал, где должна быть Земля.

- Там же ничего нет... - неуверенно произнес доктор. - Значит, ошибка?

- Какая может быть ошибка! - возразил физик. - Я дважды проверял расчеты... у себя, на своей машине. Земля должна быть здесь. Смотрите внимательнее!

Земли не было видно.

Я подобрался к пульту управления и выключил свет в обсерватории. Потом я снизил увеличение телескопа. Изображение сжалось, зато на экране появились Юпитер, Сатурн, Уран...

Я снова повернул регулятор. Большие планеты ушла за рамку экрана, а из темноты возникли три светлые точки: Меркурий, Венера, Марс.

- Земли нет, - сказал физик.

- Позвольте, как это... нет? - спросил доктор. Он обернулся к инженеру.

Тот ничего не ответил.

Я объяснил: увеличение предельное, расчеты не могут быть ошибочными видим же мы все другие планеты. Доктор вдруг разозлился: