На тумбочке в спальне зазвонил телефон.
Он звонил долго и настойчиво.
И почти тут же, одновременно с ним, зазуммерил висящий на стене мобильник. И оба трещали и звонили, пока хозяин квартиры не проснулся и, рывком развернувшись на кровати, не схватил трубки.
— Силин слушает. Кто это? Это был дежурный ЦУПа.
— У нас ЧП, — кратко сообщил он. — На МКС, в шлюзкамере заклинило крышку выходного люка. В момент ВКД.
В момент ВКД — это значит в момент внекорабельной деятельности. То есть именно тогда, когда в открытый космос вышел кто-то из членов экипажа. Который теперь сильно хочет вернуться назад.
— Пусть перейдут на ручной режим, — посоветовал первое, что пришло в голову, главный конструктор шлюзовой камеры.
— Уже переходили.
— Ну и что?
— Ничего не выходит…
— Тогда пусть воспользуются американским шлюзом.
— Их камера травит воздух.
Ах ты, черт!..
— Окончательно проснувшийся конструктор лихорадочно соображал, что же могло сломаться в разработанном им изделии.
Ничего не могло! Ну ничегошеньки!..
Не может быть, чтобы его люк не открывался!
Хотя вслух так не сказал. Сказал по-другому:
— Передайте на борт, пусть возьмут в руки инструкцию и в точности и строгом порядке повторят все ее положения!
Потому что иногда такое бывает. Бывает, что космонавтов клинит, и они, зацикливаясь на какой-нибудь элементарной, глупой, непростительной ошибке, повторяют ее вновь и вновь с маниакальным упрямством. Например, начинают крутить рычаги не в ту сторону и крутят бесконечно, прикладывая все большие усилия, хотя силы здесь ни при чем, а нужно лишь легко и непринужденно повернуть рычаг в противоположную сторону.
Видел он такое — на тренировках видел.
Может, и теперь на них просто нашло затмение…