Деревянные плашки он запихивал в дыру как попало. Видимо, раньше тут был какой-то особый порядок, по которому бруски умещались в полу один к другому, плотно прилегая к остальным доскам, но у Алексея не было времени в нем разбираться. На него с каждой минутой все сильнее давило неизвестно откуда взявшееся ощущение чужого присутствия. Он не мог дать ему рационального объяснения, и от этого становилось только страшнее.

Придавив здоровой ногой особенно выпирающие части пола, он вернул на место ковер и поднялся. Его взгляд упал на пятно света, идущего с кухни. Яркий желтый круг наискосок разделяла чья-то тонкая тень. Тень двигалась, напоминая стрелку на подсвечиваемом изнутри циферблате. Внутри у Алексея что-то оборвалось. Осторожно, выставив перед собой зажатое в руке долото, он дошел до входа на кухню и заглянул внутрь.

На кухонном полу сидел кот.

Средних размеров, он был покрыт короткой белой шерстью, которую сейчас старательно вылизывал. Заметив, что за ним подглядывают, кот прервался и безмятежно посмотрел на Алексея огромными голубыми глазами. Одно ухо у него было слегка ободрано, то ли в недавней драке, то ли оттого, что его владельца беспокоили клещи. Алексей в изумлении опустил руку с занесенным инструментом, а кот зевнул и, вытянув вперед нижнюю лапу, старательно принялся вылизывать себя между подушечками.

Алексей хорошо помнил, что в этом доме никто не держал кошек. Елена рассказывала, что в квартире на первом этаже когда-то жила собака, по молодости прославившаяся тем, что истребляла всех кошачьих во дворе. Кошки её запаха на дух не переносили и постоянно сбегали от своих хозяев, так что те, в конце концов, перестали их заводить. Собака давно умерла, но кошек в этот подъезд по традиции больше не приносили.