- Ну, идеальным, вариантом был бы мини-перехватчик с компьютерным управлением для каждого твоего гуся. Беда только, что эти перехватчики перебьют всю живность в радиусе десяти километров. Но задача уже поставлена, шесть конструкторских бюро ее обсасывают. Но ты не очень-то надейся, лучше синица в руках, чем журавль в небе.

- Эти слова мне не известны.

- Синичка - наша северная птаха, безобидная, очаровательная и несъедобная. Журавль... Это что-то среднее между Гуен и крэгом, птица почти сказочная по причине крайней немногочисленности. Бездна изящества и никакого душегубства - за исключением лягушек.

- То есть ты хочешь сказать, что твоя маленькая Сиянова - очаровательная синичка?

Юрг живо представил себе "свою маленькую Сиянову" - ее короткие каштановые волосы, подгибающиеся книзу, арочки бровей, винного оттенка губы, маленькие и не тронутые пока ни единой сухой трещинкой...

- Вот именно, - проговорил он сдержанно. - Синица в небе. Пока ничего другого нам не дано.

- Кстати, почему ее отец был в таком тяжелом скафандре, словно собирался лететь к звездам, а она - в одежде, которую с натяжкой можно назвать вполне обычной?

- А, она же останется с нами до конца карантина, а Стамену нужно было возвращаться, чтобы самому провести все анализы. Его в скафандре мыли и облучали поди часов шесть.

- Ка-ран-тин?

- Естественно. Это - те несколько дней, пока наши эскулапы не проверят вашу - да и мою - кровь, смывы с кожи, воздух и воду из бассейна... Мало ли какая зараза.

Мона Сэниа судорожно набрала полные легкие воздуха и задержала его, пока в голове не возник пульсирующий шум. Потом тихо-тихо, словно боясь, что его украдут, выпустила его через узенькую щелочку мгновенно пересохших губ.

- Кто-то взял мою... мою кровь?

- Да не пугайся ты как ребенок! Всего одну каплю. Этого пятнышка на руке уже не видно, ты даже не проснулась.