— Да, так вот что вам стоит сделать, — медленно проговорил Хиромаса, возвращая взгляд к лицу собеседника. — Подите-ка вы к Абэ-но Сэймэю.

Абэ-но Сэймэй! Кто в Столице не знает этого имени? Дама Суэ, вспомнив дни своей молодости (ах, и ее сердце при звуках флейты Хиромасы билось чаще!), со всеми подробностями рассказала бы, как молодого и чуть ли не безродного (отец-то из Абэ, да мать, поговаривали — кицунэ, лиса-оборотень!) колдуна-гадальщика представил ко двору молодой Минамото-но Хиромаса, в то время капитан Правой Стражи Дворца. Тёмная там история была, тёмная и странная, один человек в ссылку на остров Цукуси пошел, иные в отдаленных провинциях чины получили

— Премного благодарю за совет, — Райко согнулся в поклоне.

— Совет дан от всей души, — Хиромаса разлил сакэ. — Когда-то я был так же молод, как вы… Стремился служить государю изо всех своих сил и накликал на себя вражду могущественного человека. Если бы не Сэймэй… Его сила, видите ли, не в знании Пути Тени и Света.

А не потому ли, подумал Райко, пренебрегает властью Сэймэй, что может заполучить её столько, сколько ему нужно, в любой день и час? И не потому ли сам господин Хиромаса не участвует ни в каких интригах двора, предаваясь музыке?

— Господин Канэиэ не напрасно беспокоиться изволит, — Хиромаса опростал чарку и снова наполнил. Райко под его взглядом пришлось пить. Острая начинка на зубах скрипнула, на языке вспыхнула. — У него недавно родился сын, и он отправил посыльного к Сэймэю — погадать о судьбе мальчика. Духи открыли, что дитя оправдает все отцовские надежды. Видимо, надежды эти простираются весьма далеко.

— А господин Канэиэ… со многими поделился своей радостью?

— Вы же знаете, как это бывает, — усмехнулся Хиромаса. — Большой дом, где много слуг — как пчелиный улей. Можно ли сделать так, чтобы он не гудел?