- Обязательно посмотрю,- поддержал игру Кантов, улыбнулся: - Давненько не видел ничего подобного. И по этой улыбке защитник понял, каково ему на самом деле. "Я вам верю",- хотел сказать Павел Петрович, по не смог солгать. Выскочил из кресла, как из кабины, по старинному обычаю крепко пожал руку подзащитному: - Не беспокойтесь. Сделаю все, что смогу. Через несколько секунд эскалатор вынес его к подъезду отеля. Павел Петрович огляделся по сторонам и вынул карманный видеофон. "Как там Надя?"-с тревогой думал он. У его жены утром появился мокрый клокочущий кашель. Так обычно начиналась асфиксия-Т. Кончалась она в девяносто восьми случаях из ста - смертью.

3

- Здравствуй, отец! - Рад тебя видеть, Петр. Что-нибудь случилось? - Почему должно было случиться? Быстрый любопытный взгляд исподлобья: - Уже научился хитрить? Морщины у глаз на сухой коже, как трещины на холсте. Иногда кажется, что за тобой следят глаза портрета. Думает: "Ему всего лишь два года, а уже... Впрочем, если учесть все, что записано в памяти, то ему тысяча или десять тысяч лет..." - Отец, я был у командора Кантова... Думает: "И все же странные существа эти люди. Вот у отца нет ни рентгеновского, ни гаммавидения, ни телепатоусилителей, а он словно читает мое состояние. Иногда кажется, что дело тут не в одном лишь опыте..." - Знаю. Он отказался от твоей помощи. - Да, отец. Он хочет, чтобы его защищал человек, рожденный природой. - Ты обиделся? - Нет. Но его дело очень сложно. - Ты обиделся? - В его деле нужна полная объективность. "Почему он лжет?" Раздражение, накопившееся за несколько дней, искало выход. - Ты обиделся? "И все же даже отец не может понять... Впрочем, он не виноват в этом". Вслух: - Обидели его, отец. Я чувствую его боль. - Но он не хочет, чтобы ты вмешивался в его дела. Раздражение все еще росло. - Это не только его дело. - Что ты хочешь? "Неужели он опять избежит прямого ответа?" - Отец, разреши мне побывать в очаге эпидемии.