— "Рапчед Рэт"? — переспросил я с недоумением.

На мгновение перестав теребить свою бородку, Браннер посмотрел на меня и извиняющимся тоном пояснил:

— Автомобильная промышленность уже давно исчерпала все названия животных и птиц, в честь которых называли модели. Началось давно с таких моделей, как «Бэаркет», "Мустанг", «Кэйюз», "Санднрберд", «Бобкет» и так далее. Вот и приходится нам теперь изворачиваться.

— Одноразовый автомобиль? — рявкнул Жирный. Он вздохнул через нос до отказа, набрал бушель воздуха и выпустил его через рот. Бессовестная брехня. Фу! Вы хотите одурачить нас.

— Да нет же, возразил Кларк, возмутившись в свою очередь. — Мне кажется, что это лучшая традиция американского технологического бума. Вы, конечно, помните, как началась эта тенденция более полувека назад. Клинекс — одноразовый носовой платок. Позднее появились такие вещи, как одноразовая шариковая ручка. Затем одноразовые зажигалки. Когда в ней кончалось горючее, вы не заправляете ее, а выбрасываете. Затем одноразовые женские бумажные платья. Затем на рынке появились часы, такие дешевые, что когда они останавливались, намного выгоднее купить новые, чем чинить старые. Такая участь постигла большинство товаров. Например, туфли. При их изготовлении не предусматривается возможность заменить каблуки и подошвы, когда они изнашиваются. Сапожники уже давно стали такими дорогими, что дешевле купить новую пару. Ну вот, и пришло время одноразового драндулета, и появился "Рапчед Рэт".

Он говорил, а я все более и более недоумевая, пялил на него глаза.

— Вы хотите сказать, — спросил я, — что собираетесь выпустить машину, которая будет обходиться так дешево, что как только ей потребуется самый пустяковый ремонт, ее просто выбросят и возьмут новую?

— Не совсем так, — назидательным тоном ответил Браннер. — Это было бы, я бы сказал, расточительно. Ее просто обменяют на новую.