Инопланетный бунт - он бессмысленный и беспощадный!..

   Каюта Капитана заперта, мы вежливо стучим. Так, что слегка гнется переборка. Эффект наших действий приближен нулю, и Фанг берется за излучатель. Надо сказать, что с излучателем террито, не совладать никому, кроме террито - больно уж витиеватая конструкция. Замок плавится, дверь выгибается дугой, сопротивляясь некоторое время, и ложится под напором жидкости, в которой имеет удовольствие пребывать капитан.

   Волна выносит под ноги разъяренной толпе три внушительных размеров рыбины, возмущенно хватающих ртами воздух. Пожалуй, тут есть от чего прийти в негодование, судя по всему, мы прервали весьма задорный групповичок. Три пары губищ безмолвно плюмкают что-то на залитом полу. Диалога не получается. Мы решаем загрузить Капитана в его передвижную бочку. Оставив попытки угадать, кто из них кто, грузим от греха подальше всех.

   Некоторое время из бочки доносятся глухие толчки - тесновато, ничего не попишешь, а после из динамиков разносится знакомый бас, обещающий, самое меньшее, продолжить сексуальные игрища, но уже с нами. Я беру ответное слово и выступаю с альтернативным предложением, где в коротких, но выразительных выражениях предлагаю Капитану выплатить команде неустойку и резко проложить курс к родным планетам призывников.

   - Хочу также отметить, - резюмирую я, - что сегодня не обедал. А в вашем лице нахожу самый аппетитный объект в радиусе до хрена парсек. Так что советую хорошенько пораскинуть...

   Договорить я не успеваю. Корабль дергается, моргает свет. Секунду спустя коридоры заполняет сирена боевой тревоги. Рефлексы, вбитые долгими месяцами тренировок, берут наши организмы под контроль, и команда несется по боевому расписанию автоматически, помимо воли.

   Я плюхаюсь за пульт, краем уха слышу, как лязгает казенник. Это Шкет зарядил орудие. Я бросаю взгляд на боевой экран и пальцы мои замирают над сенсорным пультом.