Я прибавил в весе килограмм десять, и при своем росте в метр девяносто восемь весил сто двенадцать килограмм. Причем просушенных настолько, что я начал напоминать себе анатомическое пособие. Андроид, служащий мне тренажером по рукопашному бою, даже поставленный на предельную для него скорость, уже не успевал за моими ударами. Заигравшись, я как-то пробил кулаком его сверхпрочный корпус, и что-то там замкнул в его электронном нутре. Родригес, увидев судорожно дергающегося робота, задумчиво покачал головой и приказал его заменить, пообещав мне «что-нибудь придумать». И ведь не соврал: сначала в зал притащили сразу троих таких же андроидов, только с упрочненными корпусами, а еще через неделю мне продемонстрировали такой шустрый экземпляр, сделанный по их заказу, что я почти полдня пытался поработать с ним на самой простой из встроенных в него программ.

За это же время я усвоил такой объем знаний по десятку — другому дисциплин, от тактики до астронавигации, что просто диву давался.

Однако привыкнуть к свойствам своего нового тела я все еще не мог: например, когда я начинал видеть в полной темноте, слышать какие-то приглушенные голоса или щелкать в уме сложнейшие задачи по астронавигации, меня все еще пробивал холодный пот. Сюрпризы обнаруживались каждый день: кожа стала такой плотной, что Мери тупила об нее иглы шприцов; при порезе раны заживали за сутки, причем процесс регенерации шел так быстро, что я умирал от нестерпимого зуда. Каждое утро я со страхом думал о том, что нового еще в себе я обнаружу, прислушивался к изменениям уже приобретенных навыков и злился, злился, злился…

Как-то утром Мери, после обязательных уколов и тестов вывела меня в коридор и, проведя метров двести по закоулкам Комплекса, втолкнула в подземный тир:

— У тебя сегодня занятия по стрельбе. Не подведи меня, Викки! — на шелест раздвигающихся створок двери из маленькой комнатки с надписью «Только для персонала» нам на встречу вышел мрачный, бритый наголо негр шириной метра в полтора, и протянул мне руку: