— Ничего себе размерчик! — присвистнула девушка, вылезая из катера. — Я прикидываю, сколько там всякой гадости понапихано… Что-то мне подсказывает, что нас туда и загонят…

— Я тоже так думаю! — согласился я.

Родригес, дождавшись, пока мы построимся, расстегнул ворот кителя и, блаженно подставив лицо лучам довольно теплого для ранней весны светила, заявил:

— С перерывом в десять минут вы по парам входите вон в те милые зеленые ворота! До выхода с противоположной стороны ангара ровно два километра. У вас есть час, чтобы туда добраться. Все, что движется — опасно. Кое-что из того, что не движется — тоже. Кто не уложится в норматив, возвращается домой бегом. Тут не так далеко, как кажется, — всего шестьдесят километров! Стимул так себе, на любителя… Кто уложится в норматив, получит сюрприз. Готовы? Семенов и Шварц, ваше время пошло!

Первая двойка метнулась за ворота, и там сразу загрохотали выстрелы. Я задумчиво посмотрел на свою напарницу и предложил:

— Давай сразу уйдем метров на двести в сторону, — может, там будет полегче? И еще: я беру на себя переднюю полусферу, а ты прикрываешь мне спину! И старайся ступать след в след…

— Не волнуйся за меня, я тебя не подведу! — попыталась успокоить меня Ира и, убедившись, что полковник поднялся на второй этаж сооружения, чтобы полюбоваться успехами ребят на мониторах пульта управления, присела на траву: — У нас есть еще почти сорок минут! Можно позагорать…

Начало своего шоу мы чуть не проспали: нас разморило на солнышке, и, если бы не сирена, орущая каждые десять минут, мы бы продрыхли до вечера. А так, кое-как продрав глаза, мы доплелись до ворот, достали пистолеты и приготовились.