Однако, как ни странно, линкоров поблизости не оказалось, мне по дороге не встретилось ни капканов на медведя, ни какой-нибудь завалящей лужицы с кислотой, ни пещерной медведицы. Мало того, от здания диспетчерской в мою сторону летела «Зебра», десятиместный бот, предназначенный для подбора потерпевших крушение в океане. Я на всякий случай подготовился к любым неожиданностям, перезарядил «Кросс» и, дождавшись, пока машина приблизится ко мне на расстояние в пятьдесят метров, присел на колено и приготовился к стрельбе. Увы, в машине не оказалось ни одного андроида. И вообще, судя по оскалу Кощея, сидящего за рычагами, тренировка закончилась. И ее результаты его не радовали. Не смотря на двенадцать истребителей и два корвета, сбитых мною за последние два часа. Впрочем, ему виднее: его нашивка «Мастер-пилот» внушала уважение любому курсанту Академии даже на восьмом, выпускном курсе, так как во всем Флоте таких специалистов насчитывалось всего восемнадцать человек. А знак «Мертвая голова» на его груди давался лишь при подтвержденном уничтожении более ста боевых единиц противника. Даже Клосс, лучший пилот курса, ни разу не выдерживал против Кощея более десяти минут. Так что при всей его злобности и фантастической изобретательности каверз и ловушек лучшего инструктора в Академии просто не было. И нам, десяти счастливчикам, которым повезло попасть в его группу, завидовал весь курс. Не говоря уже про молодежь, еще не допущенную к самостоятельному пилотированию тяжелых боевых машин.

— Курсант Волков! Марш в «Зебру»! — не дав мне доложиться, рявкнул он и, даже не попытавшись притормозить или проверить, успел ли я оказаться внутри, развернул бот и прибавил скорость.

Само собой, я успел, иначе вылетел бы еще на первом курсе:

— За время тренировочного полета сбито… — начал было я, но Кощей отмахнулся от доклада рукой и не глядя назад, приказал:

— Переодевайся! Там, сзади, твои вещи! Тебя забирают! Твою работу я видел. Неплохо! Остальное услышишь в штабе. Тебя ждет какой-то полковник Родригес. В кабинете начальника курса.