— У меня идея получше! — объявил он и отодвинулся от двери. — Ну, сынки, бегите! Бегите, пока можете!

Качки живо смекнули: расклад изменился явно не в их пользу. Защитить Миранду или нас с Майклом никто из них не пожелал, что было вполне ожидаемо. Удивило другое: улепетывая навстречу ночному мраку, они не захватили свое пиво.

Варгас смотрел им вслед и комментировал:

— Двадцатиярдовая линия. Тридцатиярдовая. Сорокаярдовая. Центр поля. В игру вступает вторая команда!

Молниеносный старт — и он исчез. Захотелось крикнуть качкам: «Осторожно!» Но их уже было не спасти.

— Говорят, ты хочешь стать вампиром? — обратился Пенниуэлл к Миранде.

— Нет, она не хочет! — выпалила я, пока моя подруга не сморозила глупость. — Мир, мы отвезем тебя домой, ладно?

Пенниуэлл внушал такой ужас, что даже Мирандина романическая тяга к смерти улетучилась. Она нервно сглотнула и, вместо того чтобы вырваться, взяла меня за руку.

— Ладно, — проблеяла она. Интересно, что было в том видении? Вероятно, ничего хорошего. — Домой — это здорово!

— Боюсь, рановато, — охладил наш пыл Пенниуэлл и захлопнул дверь манежа. — Сперва нужно заплатить налог. Мне — за ложный вызов.

— Миранду трогать нельзя! — напомнила я. — Она несовершеннолетняя.

— Плюс к тому хронически недокормленная и пахнет отвратительно, отсюда чувствую. — Пенниуэлл втянул воздух, сморщил длинный нос, и его глаза вспыхнули красным. Теперь он сосредоточился на мне. — А вот ты… другое дело. Совершеннолетняя… Свеженькая…

— И думать забудьте! — прорычал Майкл.

Пенниуэлл едва взглянул в его сторону:

— Какая прелесть, щенок тявкает! Тише, не то молочные зубки повыбиваю!

Пенниуэлл нарочно провоцировал Майкла, но тот, в отличие от Шейна, на провокации не велся. Майкл молча заслонил нас с Мирандой собой.

Пенниуэлл оглядел его с головы до ног:

— Я не нарушаю ваши драгоценные правила. Ребенка кусать не стану. Я и соединяться с ней не буду!