Соединяться с ней? О чем это он? Гадкое предчувствие сбывалось. К тому же обещание не кусать и не соединяться на меня не распространялось. Глаза Пенниуэлла стали алыми; у Майкла такого отвратительного оттенка я ни разу не видела — все равно что смотреть на поверхность солнца.

— Тебе правда пора! — шепнула Миранда, стиснув мою ладонь. — Я серьезно. Сюда!

Она потащила меня вглубь раздевалки. Там в неприметном углу было открытое окно, через которое я еще с улицы услышала вопли подвыпивших качков.

Пенниуэлл мгновенно сообразил, что жертва ускользает. Он сделал шаг в сторону и стремительный выпад, но Майкл развернулся и перехватил его не просто в движении, а в воздухе! Они вцепились друг в друга, дважды перевернулись, упали на пол и покатились живым клубком. Я обернулась, затаив дыхание от страха за Майкла. Он молод и неопытен, а Пенниуэлл всегда играет наверняка.

У самого окна Миранда что-то подняла с полу. Мой сотовый! Я выхватила его, раскрыла и быстро набрала номер Шейна.

— Да! — ответил он. В трубке слышался стук — это качки, ни о чем не подозревающая часть команды, барабанили в окна моего седана. — Надеюсь, у тебя все тип-топ.

— Пора начинать операцию спасения! — объявила я и распахнула окно настежь.

— Я могу вежливо попросить футболистов передвинуть машины либо самостоятельно перепрыгнуть через бордюр. Что предпочитаешь?

— Хорош придуриваться! Мне осталось жить секунд десять, не дольше.

Шутки сразу кончились.

— Где ты?

— С южной стороны манежа. Нас трое. Шейн…

— Сейчас буду! — Шейн отсоединился.

Со стоянки донесся рев мотора и вопли качков, падающих с капота.

Я полезла в окно, но мою левую ногу будто сжали тисками, пригвоздив к месту. Обернувшись, я перехватила взгляд мистера Рэнсома. В его глазах полыхал серебряный огонь.