К июлю 2010 года, после трех лет работы в «Когорте», Денис и так начал задумываться о том, хочет ли он и дальше оставаться безжалостной черной тенью, парящей над городом? Хочет ли он и дальше скрывать от родных то, что его многочисленные командировки объясняются вовсе не тем, что отделу доставки корреспонденции «Интеркомодитис» срочно потребовался надежный курьер, а тем, что какая-то политическая организация «заказала» чью-то смерть во имя мира во всем мире и «Когорта» согласилась с тем, что ликвидация необходима? Он убивал, не задумываясь о том, кому и зачем это выгодно. Не то, чтобы он верил в пропагандируемые начальством «Когорты» идеалы — нет. Денис понимал, что за большинством его заданий просто-напросто стоят большие деньги и большие фигуры. Но понимал он так же и то, что миру необходима держащая его под контролем сила. Долгое время этой силой была атомная бомба, не позволявшая свердержавам развязать войну между собой, опасаясь ядерного удара, который мог оказаться последним. Теперь же сдерживающим фактором стал Тень со своими Назгулами — Денису не раз доводилось наблюдать, как девятеро Назгулов, проносящихся над полем битвы, обращали в бегство целые дивизии, не выносившие осознания того, что им предстоит биться с практически неуязвимым врагом. Вот только, если ядерным арсеналом к началу 21-го века владели чуть не все крупные страны мира, то Тень не контролировал никто. В подписанном им с президентом России договоре значилось, что он обязуется отразить любую военную угрозу агрессора, но никто в правительстве не знал, как поведет себя «Когорта», в случае вмешательства России в дела других государств.

«Когорту» боялись и уважали.