— Присядьте, пожалуйста, — раздался вдруг все тот же знакомый ей уже голос — Подождите немного, прошу извинения.

«Сначала я разговаривала со столбом, — усмехнулась Зоя, усаживаясь на диван — теперь, по-видимому, с книжным шкафом. Впрочем, со мной разговаривает, конечно, сам инженер, принимающий каждый раз новое обличье. Я ему скажу, когда, я надеюсь, он соблаговолит наконец показаться, что ему особенно идет, когда он представлен в личине столба. Думаю, он поймет шутку.»

Однако таинственный инженер не появлялся и не подавал больше ни каких вестей о себе. Похоже было, что он совсем забыл о своей гостье.

Зоя сидела в кабинете, должно быть уже минут десять.

«Где же он в конце концов?» подумала она не зная, нужно ли все еще удивляться или уже пора возмутиться.

И как бы отвечая на этот вопрос книжный шкаф, хранивший долгое молчание, кашлянул и деловым тоном сообщил:

— Инженера Боброва нет на даче. Но он должен приехать с минуты на минуту. Он просит вас извинить его за непредвиденную задержку и, если вы можете, подождать.

Это был другой голос — с суховатыми интонациями исполнительного человека.

«Секретарь Боброва, — решила Зоя — Но я вижу, он подражает замашкам своего шефа.»

В молчаливом ожидании прошло еще четверть часа. За это время ни чего не случилось, если не считать что книжный шкаф еще раз извинился за опоздание своего хозяина и рекомендовал вниманию Зои свежие журналы, целая стопка которых лежала на низкой вращающейся этажерке.

«Он ухитряется даже занимать гостей заочно — подумала Зоя про секретаря инженера. Ей захотелось взглянуть на этого сверхделового человека. Она представила себе розоволицего юношу в очках старательного и исполнительного этакого молодого сухаря, стремящегося во всем даже в старческом покашливании, походить на поседевшего на работе ученого мужа — такие случаи бывают от чрезмерной молодости.